Когда я слышу от созависимой матери: «Я живу ради детей», — я понимаю это буквально: в этой установке спрятано желание их смерти. Не потому, что мать сознательно планирует убийство, а потому, что смерть ребёнка становится единственным условием, при котором она наконец разрешит себе жить.
Как это работает
«Я живу ради детей» → отказываюсь от своей жизни → считаю детей причиной этого отказа → жду компенсации → не получаю её → накапливаю злость → бессознательно мщу через контроль, унижение и разрушительную “помощь” → жду освобождения, которое связываю с их смертью.
Пока сын жив, мать обязана его спасать. Пока он пьёт, она обязана думать только о нём. Пока у него проблемы, она запрещает себе отдыхать, путешествовать, строить отношения и заниматься собой. Она сама создаёт систему, в которой её жизнь может начаться только после того, как закончится его.
«Я живу ради тебя» = «Я из-за тебя не живу»
Женщина отказывается от желаний, отношений и собственной жизни, а виноватым в этом отказе назначает ребёнка: «Вот если бы детей не было, тогда бы я жила хорошо — как мечтаю, как хочу».
Сначала она говорит: «Я всё ради тебя». Затем: «Я из-за тебя ничем не жила». А потом: «Теперь ты мне должен».
Должен быть успешным, послушным и благодарным. Должен жить так, чтобы её жертва оказалась ненапрасной. Но сын оказывается отдельным человеком: пьёт, ошибается, сопротивляется, выбирает не тех женщин и не возвращает матери её непрожитую жизнь. Тогда появляется знакомое: «Я для тебя столько сделала, а ты…»
После этого «а ты» начинается месть.
Месть под маской хорошей матери
Созависимая мать не скажет: «Я хочу тебе отомстить». Она скажет: «Я хочу помочь». Под этой нарциссической маской хорошести она даёт сыну деньги, зная, что он купит водку; оплачивает долги; прикрывает перед родственниками и работодателем; устраняет последствия употребления, а затем унижает его за беспомощность, которую сама поддерживает.
«Ну что, кто тебе эту квартирку подарил, сынок?»
Что это — поддержка? Нет. Это унижение и демонстрация власти: «Без меня ты никто».
Она даёт деньги на водку и называет это любовью. Спасает от последствий и называет это помощью. Поддерживает употребление, а потом наказывает за него. Ей нужен беспомощный сын, чтобы оставаться необходимой спасительницей и не заниматься собственной жизнью.
Квартира есть — своей жизни нет
Я часто встречаю мужчин, которым мать подарила квартиру. Формально это помощь. Фактически мужчина говорит: «Это не моя квартира. Мать приходит без разрешения, контролирует меня, напоминает, кто всё купил. Я даже женщину сюда спокойно привести не могу».
Продать жалко. Вернуть неразумно. Но чувствовать себя хозяином невозможно. Подарок превращается в повод нарушать границы, а помощь — в пожизненную долговую расписку: «Я тебе дала — теперь имею право тобой распоряжаться».
Так мать создаёт внешнюю опору и одновременно разрушает внутреннюю. А затем презирает сына за то, что он не способен стоять на собственных ногах.
Почему его смерть приносит свободу
В работе с созависимыми женщинами я использую практику принятия смерти сына:
«Представьте, что ваш сын умер год назад. Вы всё отплакали, пережили первый ужас, сходили к психологу и приняли его смерть. Что будете делать дальше?»
И женщина отвечает: «Поеду в отпуск. Куплю себе квартиру. Начну встречаться с людьми. Пойду в тренажёрный зал. Займусь собой. Построю отношения».
Тогда я спрашиваю: «Вы понимаете, что разрешили себе жить только после смерти сына?»
Всё перечисленное она может делать уже сейчас. Сын не запирает тренажёрный зал, не запрещает отпуск и не мешает встречаться с людьми. Запрет создала она сама: «Пока сын жив, я жить не имею права».
Значит, право на собственную жизнь появляется лишь после его смерти. Смерть становится освобождением. И наружу выходит спрятанное под жертвенностью желание: «Чтобы я наконец начала жить, ты должен умереть».
Допустите мысль, от которой хочется отвернуться
Допустите такую мысль: вся ваша злость, раздражение и жалость к сыну или дочери, которые сегодня пьют, — это желание им отомстить. За несбывшиеся ожидания. За жертву, которую они не оценили. За годы, которые вы якобы им отдали. За то, что отказались от своей жизни, а они не сделали вас счастливой.
Ваше спасательство позволяет не заниматься собой. Пока сын пьёт, у вас есть железное оправдание: «Какая личная жизнь? У меня сын погибает». Но стоит представить, что он уже умер, — и вы сразу знаете, чего хотите.
Так кто на самом деле запрещает вам жить?
«Это был мой выбор»
Признайтесь себе:
«На самом деле это был МОЙ выбор. Я тогда была глупой и неопытной. Сегодня я честно признаю: я НЕ УМЕЮ жить для себя. Мне предстоит этому учиться. Учиться ради себя и ради детей».
Не сын отнял у вас жизнь. Это вы выбрали жить его жизнью, потому что не умели жить своей. Пока виноват он, вы можете только спасать, контролировать, унижать, злиться и ждать, когда он изменится или исчезнет. Когда вы признаёте свой выбор, появляется возможность сделать другой.
Не ждите, когда дети сдохнут
Рано или поздно вам всё равно придётся учиться жить для себя. Вопрос только в том, когда: сейчас, пока ваш ребёнок жив, или после его похорон.
Не ждите смерти сына, чтобы поехать в отпуск, заняться собой, построить отношения и почувствовать свободу. Вам уже можно жить.
Перестаньте жить ради детей. Начните жить ради себя — чтобы вашим детям не пришлось умирать ради вашей свободы.
Не получается - не означает что вы плохая, а значит вы просто не умеете - а научиться никогда не поздно. Именно этому мы учим на курсе "Я трансформация" на который приходят женщины, сыновья и мужья большинства которых уже смогли отказаться от алкоголя и прочих зависимостей. - Не потому что мы учим спасать алкоголиков а учим тому как помогать НЕ помогая!